Древнерусские путешественники

Тема пути всегда интересовала людей. Далёкий путь во времена Древней Руси был долгим, трудным, сопряжённым с опасностями в виде встреч с дикими зверями или разбойниками, поэтому считался испытанием, достойным для мужественного человека; путешествие часто приравнивалось к духовному подвигу. Путешественники шли морскими, сухопутными и смешанными путями, добираясь на кораблях, пешком или на повозках из Новгорода Великого, Киева, Смоленска, Твери на Восток и на Запад. Знакомство с описанием путешествий для основной массы населения было одним из источников знаний о других странах и народах.

Первоначально описание путешествий можно было получить из переводной литературы или из летописей: летописи сообщали, например, о визите княгини Ольги в Константинополь или о путешествиях русских купцов в дальние страны. В XII веке появился особый литературный жанр, получивший название «хожения» или «хождения» и представлявший собой путевые заметки древнерусских путешественников. В путешествия отправлялись с целями совершения паломничества к святым местам или установления торговых, дипломатических и церковно-государственных связей. «Хожения», позволявшие через призму взглядов русских путешественников увидеть диковины и красоты дальних стран, имели необычайную популярность среди всех слоёв населения Руси. Рукописные книги в жанре хожений бережно хранились, переписывались, передавались по наследству.

Всего известно около пятидесяти оригинальных древнерусских произведений XII-XVI веков, написанных в жанре хожений. Первым сочинением такого рода явились «Хожения игумена Даниила» – литературно-исторический источник, переведённый на многие европейские языки.

Путешествие игумена Даниила в Палестину (XII век)

Место, откуда Даниил со своими сподвижниками отправился в паломническое путешествие в Палестину, неизвестно: он начал писать свои путевые заметки из Царьграда (Константинополя). Предполагают, что Даниил был игуменом Черниговского монастыря. Целью своих записей игумен считал дать описание святых мест тем людям, которые сами не могут посетить их. Основное внимание в хожениях уделено христианским святыням, но несомненную ценность труду придают также записи о природе окружающих мест и об особенностях жизни на древней земле.

В Палестину игумен прибыл морским путём, протянувшимся вдоль берегов Малой Азии. По пути он посетил остров Самос, отметив обилие рыбы в окружающих водах; проплывая мимо Кипра, Даниил записал, что там с деревьев собирают «росу ангельскую» (ладан).

Время посещения Даниила Святой Земли пришлось на окончание первого крестового похода, когда Палестина частично находилась под властью крестоносцев во главе с «князем Балдвином» (королём Балдуином I), частично – под властью сарацинов-арабов. Путь по Палестине был «тяжек и непроходен»: сарацины часто «из гор страшных» выходили и избивали странников. Даниил отметил, что к нему, как к представителю древнерусского государства, благожелательно относились и крестоносцы, и сарацины: Балдуин показал игумену религиозные достопримечательности Иерусалима и обеспечил его безопасность при посещении святых мест; сарацины предоставили ему вооружённую охрану при путешествии в Вифлеем. Знание Даниилом греческого языка облегчало общение с другими паломниками и пользование путеводителями (проскинетариями), составленными на греческом языке.

Особое впечатление на Даниила произвело плодородие земли Палестины: он подробно описывал обильные урожаи пшеницы и ячменя, разнообразие плодовых деревьев, многочисленные виноградники. Богатые урожаи игумен связывал не только с благодатной землей Палестины, но и с умелым ведением хозяйства жителями, издревле населявших эти земли, хотя он не интересовался, кто были эти люди. Отмечено, что на засушливых землях близ Иерихона применялось искусственное орошение, обеспечивая выращивание финиковых пальм. Богатым был и животный мир края: наряду с многочисленными стадами диких свиней, там, по сведениям игумена, водились львы, которые обитали в тростниковых зарослях в бассейне реки Иордан; встречались в тех местах и леопарды.

Содомское (Мёртвое) море поразило Даниила: не водились там ни «животна, ни рыбы, ни рака»; со дна моря поднималась смола и лежала «на брегу тому». 

Значительное место в хождении Даниила отводилось описанию священных мест, которые он посетил за два года своего пребывания в Палестине. Он испытал священный трепет и огромную радость, первый раз увидев Иерусалим, «землю желанную», добравшись до которой люди не могут сдержать слёз. Посетив Голгофу, Даниил отметил, что на месте, где стоял Крест Господень, образовалась трещина, через которую кровь Иисуса проникла вниз и омыла голову Адама, погребённого там. Это место Даниил назвал «пуп земли». В Храме Воскресения Даниил присутствовал при церемонии схождения Благодатного Огня. Он не согласился с бытовавшим в то время мнением, что огонь сходит в виде молнии или голубя – «то есть лжа». По его ощущениям, «невидимо сходит благодать Божия»; огонь «чудно инако светится», принося великую радость всем присутствующим.

В храмах иерусалимских игумен отслужил 90 литургий, постоянно молясь за русских князей, княгинь, за их детей и за всех христиан.

Особенности паломнических сочинений XIV века

С XIV века авторы хождений стали выходить за рамки паломнической тематики, ставя перед собой и другие цели: описание политических событий и особенностей дипломатии. Знаковым произведением светского направления в литературе о путешествиях стало «Хожение Игнатия Смольнянина в Царьград», написанное в конце XIV века. Игнатий, диакон из Смоленска, входил в свиту московского митрополита Пимена, совершавшего поездку в Царьград для решения вопроса о создании московской митрополичьей кафедры. Игнатий с благоговением относился к христианским святыням Царьграда, его храмам и церквям, поражаясь их «красоте безмерной». Но главное место в его записках отводилось политическим событиям и традициям, принятых при византийском дворе.

Путь посольства на Восток лежал через Азов и Чёрное море, где путникам пришлось пережить морской шторм и нападение пиратов. По прибытию в Константинополь путешественников ожидала «радость великая» – встреча с «Русью, живущей тамо». Очевидно, речь шла о колонии русских купцов в Константинополе.

Посольству довелось наблюдать бурные политические события столицы Византии: столкновение претендентов на престол Мануила, пользовавшегося поддержкой рыцарей с острова Родос, и Колоана (Иоанна), который призвал на помощь турок. В результате столкновения Иоанн был изгнан. Описание дворцового переворота представлено во всех деталях, показавших, что автор хорошо разбирался в перипетиях политической борьбы.

Русские посланники стали свидетелями «чудного зрелища» – венчания на царство Мануила и царицы, где всё было «чудно устроено»: гости были в роскошных одеяниях из бархата, император облачился в царские одежды и диадему; патриарх возложил на него венец. Своё восхищение роскошью и торжественностью церемонии Игнатий постарался передать своим читателям, подробно описывая детали нарядов гостей, прибывших из Генуи, Венеции и других мест: «багряны», «вишнёвы», «тёмносини» и «чёрны» бархаты были украшены жемчугами и золотом. Отметил Игнатий и тот факт, что женщины стояли отдельно от мужчин, на хорах, «за шёлковыми занавесями». Церемония сопровождалась пением «странным и несказанным».

С печалью Игнатий сообщал о кончине митрополита Пимена, которого похоронили в церкви Предтечи «на берегу моря, против Галаты».

Сочинение Игнатия Смольнянина, отличающееся краткостью, хронологическим изложением фактов и точным описанием святынь, включавших их местоположение и размеры, и сейчас является важным письменным источником для историков, археологов и искусствоведов.

Знакомство с Западной Европой

Первый визит русского посольства на Запад состоялся в XV веке, во время возвышения московского царства. Это была длительная поездка, возглавляемая митрополитом Киевским и всея Руси Исидором, по традиции тех времён являвшегося ставленником Константинополя. Цель визита – участие в работе Ферраро-Флорентийского церковного собора, намеревавшегося положить конец расколу между православной и католической церквями. Записи, составленные Исидором, коллективом авторов или неизвестным автором – здесь у учёных нет единого мнения – получили разные названия: «Хождения на Флорентийский собор», «Путешествие митрополита Исидора» и другие. Флорентийские путевые заметки стали одним из важных источников, показывающих восприятие русских людей западного мира и его сокровищниц, и стали первым описанием Европы в древнерусской литературе.

Несомненно, автор (или авторы) сочинения был хорошо образован, знаком с географией, историей и архитектурой. Религиозная сторона путешествия освещалась вкратце, больше внимания уделялось политике, экономике и культуре. Многое поразило посланников, они «дивовались» необычным видам и зрелищам в Ливонии, Германии и Италии и старались донести свои впечатления до жителей Руси, отмечая, что храмы «велики», а здания из камня «высокие». Храм Святого Марка в Венеции поразил путешественников колоннами из разноцветного мрамора, мраморными фигурами святых и «чудными» иконами, а дома Венеции, украшенные позолотой, названы «замечательными». Не оставила путешественников равнодушными пышная растительность, где особо отмечены кедры и кипарисы. Послов познакомили с особенностями выработки шёлка шелковичными червями и с рынками, где «всяких товаров полно». Восхищение, которое автор записок постарался передать читателю с помощью различных эпитетов, вызвали «диковинные» вещи: фонтаны с позолоченными статуями, часы с боем, где «выходит ангел на крыльцо» и «трубит в трубу», зверинец с 22 дикими зверями и многое другое.

Своей религиозно-государственной цели посольство достигло: уния 1439 года объявила об объединении церквей. Но судьба унии и митрополита Исидора оказалась незавидной: уния не была принята московскими властями во главе с великим князем Василием II, Исидор был брошен в темницу, митрополитом был избран ставленник Василия II епископ Иона. Судьба записок оказалась более счастливой: они переведены на многие языки и до сих пор считаются важным документом.

Хождения Афанасия Никитина (1466-1472)

Путевые очерки, составленные купцами, посетившими другие страны, распространились с середины XV века. Шедевром данного литературного направления считаются «Хождения за три моря» Афанасия Никитина, совершившего путешествие в Индию. Многое в этом путешествии до сих пор вызывает споры. Неясной остаётся основная цель путешествия – одни исследователи считают, что в далёкий путь тверской купец Афанасий Никитин отправился не по своей воле: в результате ограбления он лишился своего товара и, оставшись в долгу перед кредиторами, решил не возвращаться в родные края – «пошёл, куды очи понесли». По мнению других учёных, Никитин был отправлен церковными властями в Индию для поиска путей поставки специй, необходимых для приготовления церковного мира. Споры вызывает и религиозная стойкость Афанасия: высказывается мнение, что под давлением мусульманских правителей он поменял православную веру на ислам. Но непреложным остается факт: тверской купец Афанасий Никитин первым из русских людей совершил путешествие за три моря («Каспийское, Индейское [Индийский океан] и Чёрное»), побывал в Индии за несколько десятилетий до Васко де Гама и оставил бесценные записи о своём путешествии. 

После долгих приключений и злоключений, Афанасий Никитин ступил на землю неизвестной для него Индии на западном побережье, в портовом городке Чаул, куда стекались многие морские пути и пришвартовывались корабли из многих стран. Преобладающее в Чауле индуистское и мусульманское население толерантно относилось к приезжим. Отметив необычный внешний облик местных жителей («люди ходят все наги» и «все черны»), богатство товаров на рынках и многоязычие в порту, Никитин отправился вглубь страны, куда европейцы ещё не проникали. В городе Джуннаре его настиг сезон муссонных дождей, когда «день и нощь 4 месяцы вода да грязь». Но вынужденная остановка позволила изучить хозяйственную жизнь местных жителей, которые в дождь пашут и сеют пшеницу, горох и рис, используя быков и буйволов. Удивило купца местное виноделие, для которого использовали кокосовые орехи.

В городе Бидар Никитин наблюдал торжественный красочный выезд султана в одеянии, сверкающего от золота и драгоценных камней, сопровождаемого шествием из 300 слонов, 1000 коней и 100 верблюдов.

Индуистские храмы поразили путешественника многочисленными резными украшениями и статуями. Никитин подробно описал религиозные традиции индусов и мусульман, не делая между ними особого различия. За годы, проведённые в Индии, Афанасий выучил несколько местных диалектов, что облегчало ему общение с людьми; в своих записях он иногда переходил с русского на другой язык, записанный тоже кириллицей.

От внимания Афанасия Никитина не ускользнула ни одна сторона жизни в Индии, включая климатические особенности и обычаи семейной жизни. После того как он «устремился умом поитти на Русь», Никитина ждали нелегкие испытания на пути возвращения в виде морских бурь и штормов. Наверное, трудности изнурили организм путешественника, и он скончался, не дойдя до своей родной Твери. Он не привёз с собой индийских драгоценностей и специй, но он передал знакомым купцам бесценное сокровище – свои записки. Хождения Афанасия Никитина попали в поле внимания историка Н.И. Карамзина, и о них узнал весь мир. Стойкому путешественнику и талантливому автору поставлены памятники в Твери и в Ревтанде – там, где Афанасий Никитин впервые ступил на индийскую землю.

Изображение (фото): Кафедральный Богоявленский Собор

Исторические события:

• Хождение Афанасия Никитина 1468-1474.

Участники событий и другие указанные лица:

• Карамзин Николай Михайлович, русский историк, историограф, поэт и литератор, действительный статский советник, создатель «Истории государства Российского»;
• Никитин Афанасий, русский путешественник, писатель, тверской купец, автор знаменитых путевых записей, известных под названием «Хожение за три моря»;
• Рюрикович (Тёмный) Василий II Васильевич, великий князь московский, пятый (младший) сын великого князя владимирского и московского Василия I Дмитриевича;
• Рюриковна Ольга (Елена), в крещении Елена, древнерусская княгиня, правившая Киевской Русью в качестве регента при малолетнем сыне Святославе после гибели мужа, киевского князя Игоря Рюриковича, первая из правителей Руси принявшая христианство, святая равноапостольная Православной церкви.